Потомки гигантов, сравнимых по размеру с черным медведем и способных переносить огромные камни в пасти, современные бобры (Castor canadensis) когда-то насчитывали до 400 миллионов особей в Северной Америке. Благодаря своим крепким, насыщенным железом оранжевым резцам, практически неуязвимым для повреждений, бобры валили мощные деревья и строили полупогружённые экодома, архитектурные чертежи которых заложены в их ДНК. Однако из-за массовой охоты ради меха их численность сократилась на 97,5%.

Долгое время бобров считали вредителями, но сегодня их начинают воспринимать как самостоятельных управляющих биосферой, способных сыграть незаменимую роль в борьбе с последствиями климатических изменений. Тем не менее, с нынешней популяцией около 10 миллионов особей, бобры не могут строить плотины достаточно быстро, чтобы спасти окружающую среду, которую ставит под угрозу промышленная деятельность. Возможно, людям стоит перенять архитектурные решения, которые создают бобры?

Архитектура бобров: больше, чем просто плотины

Исследование, опубликованное в области восстановительной экологии, посвящено влиянию бобров на устойчивость пресноводных экосистем к климатическим изменениям на западе Северной Америки. Ведущий автор Джесси А.С. Бургер и его коллеги из Университета штата Вашингтон проанализировали 161 научную работу о потенциальных эффектах восстановления, связанных с бобрами. Они пришли к выводу, что бобровые плотины способны не только накапливать воду в глубоких прудах, но и выполнять гораздо более важные экологические функции.

Бобровые сооружения помогают водоёмам восстанавливаться после климатических потрясений, снижают температуру воды в жаркие месяцы, улучшают связь между поймами рек и способствуют предотвращению распространения лесных пожаров. Всё это способствует увеличению биоразнообразия и приносит значительную пользу окружающей среде.

Человеческие аналоги бобровых плотин

Старший автор исследования, доцент Школы биологических наук Университета штата Вашингтон в Ванкувере Джон Пиовиа-Скотт, отмечает, что сейчас активно ведутся работы по созданию аналогов бобровых плотин (BDA) — конструкций из ивы и других растений. Эта практика становится всё более распространённой на северо-западе США. Благодаря установке множества BDA вдоль ручья Бридж-Крик, притока реки Джон-Дей в Орегоне, экологам удалось увеличить численность различных видов рыб, включая находящуюся под угрозой исчезновения стальную форель.

Пиовиа-Скотт подчёркивает, что масштабы внедрения этой практики опережают научные исследования по теме. Учёным предстоит преодолеть разрыв между потенциальной пользой и реальными результатами, а также выяснить, применимы ли местные успехи к другим экосистемам. Он отмечает: «Совершенно не ясно, проявятся ли эти преимущества в других системах».

Партнёрство с местными сообществами

Одной из целей Пиовиа-Скотта является выстраивание партнёрских отношений с коренными народами и некоммерческими организациями, стремящимися восстановить популяции бобров, особенно если у них нет возможности проводить собственные научные исследования. Эту задачу он разделяет с автором Бургером, который также руководит программой по дикой природе в племени индейцев Каулитц.

Работая с многочисленными людьми, занимающимися восстановлением популяций и среды обитания бобров, Пиовиа-Скотт отмечает: «У них зачастую гораздо больше практических знаний по многим вопросам, чем у меня как у исследователя». Однако он признаёт, что несмотря на высокий уровень компетенции, такие организации редко могут позволить себе крупномасштабные научные проекты из-за отсутствия финансирования. Поэтому существует огромный объём знаний о восстановительных практиках, который можно получить благодаря таким партнёрствам.